Остин Клеон выпустил «Don't Call It Art: 10 Ways to Create Like a Kid Again» — первую книгу за семь лет и продолжение трилогии «Кради как художник». Уроки он собрал, пока был «ассистентом в студии» у своих двух маленьких сыновей. Книга учит разучиться тому, чему тебя долго учили: дать себе право делать плохо и относиться к себе с заботой любящего родителя — чтобы наружу вышел тот самый четырёхлетний, который не боится играть.
Publishers Weekly называет книгу «бодрой» и «полной весёлой, лукавой мудрости». Мысль простая и неудобная разом: взрослый разучается творить не потому, что таланта мало, а потому что слишком рано берётся себя оценивать. Ребёнок сначала делает и только потом, если вообще, думает, хорошо ли вышло. Клеон предлагает вернуть этот порядок.
Источник: Austin Kleon, «Don't Call It Art is out now!» — анонс книги «Don't Call It Art: 10 Ways to Create Like a Kid Again», 2 июня 2026 · austinkleon.com
Поп-культура давно решила за нас: корсет — символ женского угнетения, орудие пытки. В «Ноже» культуролог Алиса Загрядская разбирает историю этой вещи и показывает, что всё сложнее. Корсет менял форму вместе с эпохой и каждый раз отвечал на один вопрос — каким общество хочет видеть тело. Само слово идёт от французского corps, «тело»: корсет будто подменял живое тело идеальным, отлитым по моде времени.
Кино любит сцену, где свободолюбивой героине туго шнуруют корсет, и она падает в обморок. Историк моды Валери Стил возражает: ношение корсета не было общей горькой участью всех женщин до прихода феминизма — опыт был очень разным. Женщины в корсетах стирали, убирали, ездили верхом и занимались спортом. А осиные талии на старых снимках чаще всего дорисованы: ретушёр конца XIX века справлялся с этим не хуже, чем с «фотографиями призраков». Со временем женщины отвоевали само корсетное дело и стали владеть большей его частью — для многих это был способ творческой и деловой самореализации.
Источник: Нож, Алиса Загрядская, «История одной вещи: как корсет перестал быть орудием пытки и оказался зеркалом эпохи», 6 июня 2026 · knife.media
Reminder в рубрике «Любимый приём» публикует упражнение клинического психолога Полины Гавердовской. Суть: любопытство уходит с возрастом, и часто мы сами заглушаем желания — из-за старых запретов, стыда или страха. Гавердовская предлагает их выписать. Назвать, не раздумывая: пять вещей, которые хочется сделать, но «нельзя» (и объяснить себе, почему нельзя); пять занятий, которые непонятно чем, но цепляют; пять вещей, которые нравятся, но кажутся глупостью.
Дальше — то, что превращает список в практику. Вспомнить случай, когда было по-настоящему любопытно, побыть в нём пять минут, а потом найти что-то любопытное прямо здесь, в комнате, и записать в тетрадь всё, что удивило в собственных ответах. Прожить день «с любопытством» и снова записать. Гавердовская приводит конкретный пример: женщина годами не позволяла себе сесть на лошадь, потому что одна растила детей, — а дети выросли, время появилось, и запрет давно пора отменить.
Источник: Reminder, Дарья Ермакова, «5 вопросов, которые помогут вернуть вкус к жизни» (приём Полины Гавердовской), 4 июня 2026 · reminder.media
Мария Попова разбирает эссе художника и писателя Джона Бёрджера «Some Notes on Song» из его последней книги «Confabulations», написанной в последние месяцы жизни. Бёрджер начинает с простой мысли: многое из того, что с нами происходит, остаётся безымянным, потому что слов не хватает. Мы рассказываем истории вслух именно поэтому — в надежде, что рассказ превратит безымянное событие в близкое и понятное.
Песню он называет «убежищем во времени». Незнакомцы, которые не скажут друг другу ни слова, делят близость на те несколько минут, пока вместе слушают одну песню, — согласие о жизни без единого пункта договора. Песня одалживает тело у того, кто поёт, и у тех, кто слушает; она держит прошлое, настоящее и будущее в одном такте. «Песни тянутся вперёд, — пишет Бёрджер, — без этой надежды их бы не было».
Источник: The Marginalian, Мария Попова, «A Shelter in Time: John Berger on the Power of Music», 5 июня 2026 · themarginalian.org
На сайте Literary Hub шесть финалисток Женской премии по литературе — 2026 рассказали о своём письме. И главное в этих ответах — что общего рецепта нет. Лили Кинг прямо говорит: совет «пиши каждый день» она слышала только от мужчин; ей с тремя работами и двумя детьми это было невозможно, и пришлось его отвергнуть, чтобы не чувствовать себя вечно провалившейся.
У других — свои ходы. Марша Хатчинсон (у неё СДВГ) не воюет с творческим затыком, а принимает его: за весь 2025-й написала два рассказа, зато черновики наговаривает вслух, гуляя по парку. Вирджиния Эванс пишет по утрам, проводив детей в школу, и держит на столе записку с советом Элизабет Страут: в каждой сцене — тихая тревога или обещание. Сьюзан Чой признаётся, что режима у неё нет совсем. Шесть писательниц — шесть разных способов держать перо.
Источник: Literary Hub, «Meet the shortlisted writers for the 2026 Women's Prize for Fiction», 22 апреля 2026 старше недели · lithub.com
Мария Попова приводит отрывок Урсулы Ле Гуин из эссе 1975 года «Science Fiction and Mrs. Brown». Ле Гуин пишет: смысл не падает к нам милостыней из равнодушной руки вселенной. Его не вычитаешь в великих книгах и не возьмёшь у великих учителей, не оплатишь обучением в дорогом университете и не вытянешь — добавляет Попова словами Ле Гуин на сегодняшний лад — «запросом к ChatGPT».
Смысл, говорит Ле Гуин, каждый выстраивает сам — он близок, как любовь, и у каждого свой. Это и тяжесть, и подарок: никто не ответит за тебя, но именно поэтому ответ будет твой. Когда вокруг обещают, что машина «сформулирует за вас», эта мысль звучит особенно трезво.
Источник: The Marginalian, Мария Попова, «Ursula K. Le Guin on the Meaning of Life», 6 июня 2026 · themarginalian.org
«Нож» пересказывает историю из The Guardian. Натали Фе десять лет руководила экологической НКО, добилась многого — и выгорела так, что пришлось отойти от дел. В поисках спокойствия она выбрала, по её словам, «немного безумную» идею: целый год каждый день приходить к одному и тому же дубу и почти час медитировать. Начала в день зимнего солнцестояния 2023 года и ходила в любую погоду.
Поначалу было тяжело — первые дни встретили её отвратительной погодой. Постепенно Натали привыкла и даже стала ждать этих встреч с деревом: с восторгом описывает приход весны и первые цветы. За год ей стало легче и телом, и душой: она больше радуется мелочам и иначе чувствует время. К дубу приходит до сих пор — почти каждый день. Не год героического рывка, а маленький повтор, который держит.
Источник: Нож, Ева Володина, «Британка каждый день сидела под дубом, чтобы преодолеть последствия профессионального выгорания» (по материалу The Guardian), 7 июня 2026 · knife.media
На панели HBR Executive три HR-директора — из American Express, Adecco Group и Digital Asset — говорили о том, как вести людей через тревогу вокруг ИИ: страх увольнений, выгорание, давление на средний менеджмент.
Их общий вывод: внедрить ИИ — это не про технологию, а про доверие, эмпатию и суждение. Задача лидера — не отдать решения машине, а помочь людям держать неопределённость, учиться дальше и оставаться в деле. Для этого нужно открыто говорить и оставлять место эксперименту.
Иначе говоря: чем больше ИИ в работе, тем дороже стоит человеческое — то, что машина не выдаёт по запросу.
Источник: Harvard Business Review, редакция, «Leading the Human-AI Organization» (панель HBR Executive, саммит лидерства 2026), 28 мая 2026 старше недели · hbr.org
Reminder в рубрике «Ошибка мышления» разбирает ошибку планирования — её в 1979 году описали Даниэль Канеман и Амос Тверски. Мы недооцениваем, сколько уйдёт времени и сил, причём ошибаемся ровно так же, как в прошлый раз. Сам Канеман в неё и попал: команда оценила учебный курс в два года, эксперт предупредил, что похожие проекты идут восемь–десять лет, — курс закончили через восемь, когда заказчик уже остыл.
Причина не в забывчивости. Оценивая дело, человек видит себя автором сценария, где всё подчинено замыслу: материал не сопротивляется, другие не подводят, силы не кончаются. И задачу мы держим как одно целое — «сделать презентацию» звучит просто, пока не разложишь на шаги. Лекарство тоже на бумаге: заранее выписать, что пойдёт не так, разложить дело на действия, а оценку сроков смело умножить на два.
Источник: Reminder, Сергей Панков, «Думали закончить за три дня, а потратили месяц? Виновата не лень», 3 июня 2026 · reminder.media
3 июня исполнилось 200 лет со дня смерти Николая Карамзина, и «Горький» публикует материал Максима Батшева о том, как его «Письма русского путешественника» изменили само поведение читателей. Люди отправлялись по тем же маршрутам, чтобы сверить впечатления с карамзинскими, и записывали свои — так родилась традиция вести путевые дневники. Пётр Вяземский возил «Письма» с собой и перечитывал в дороге; Александр Тургенев, дойдя до Англии, два дня читал карамзинскую главу и пометил: «Многое весьма справедливо».
Среди тех, кого книга подняла в путь, была и первая русская женщина — автор путевых записок Елена Телепнева. Она почти повторяет название Карамзина — «Ежедневные записки русской путешественницы» — и пишет горько: мужчине дано владычество над миром, он может объехать дальние края, «а мы, слабые женщины», прикованы к семье. И всё же она едет — и пишет. Книга не просто прочитана: она стала практикой, которую подхватили поколения.
Источник: Горький, Максим Батшев, «„Приехал в Лейпциг. Искал голубого ангела“: Карамзин и русские путешественники первой половины XIX века», 3 июня 2026 · gorky.media